Вход на сайт
войти через:Войти через loginza

Май 2013 года

Отчет

о результатах мониторинга правоприменения

за май 2013 года

 

Непосредственное применение судами общей юрисдикции и арбитражными судами Конституции Российской Федерации

(эксперт – доцент кафедры государственного и административного права СПбГУ Белов С.А.)

 

Цель проведения мониторинга: оценка реального использования конституционных норм и принципов при рассмотрении гражданских, уголовных и административных дел судами общей юрисдикции и арбитражными судами, соблюдения пределов компетенции этих судов в вопросах непосредственного применения Конституции РФ.

 

Нормативные акты и их положения, мониторинг правоприменительной практики по которым проводился:

Конституция РФ, ч.1 ст.15;

Федеральный конституционный закон «О судебной системе», ч.3 ст.5

 

Методика сбора правоприменительной практики:

Сбор правоприменительной практики осуществлялся по решениям судов общей юрисдикции и арбитражных судов за 2010-2012 гг. В общей сложности было собрано, обобщено и проанализировано более 2100 решений по всем 83 субъектам РФ. Сбор осуществлялся среди обнародованных судебных актов (в том числе размещенных в БД КонсультантПлюс раздел Судебная практика на сайтах судебной системы (ras.arbitr.ru и sudrf.ru) и других информационных ресурсах, содержащих судебную практику – actoscope.com, gcourts.ru, судебныерешения.рф) по контекстному поиску ключевого слова «Конституция», «ч.3 ст.5 Федерального конституционного закона «О судебной системе», «Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995».

Полный перечень проанализированных судебных актов не приводится из-за большого объема.

 

Проблемы, выявленные в ходе анализа правоприменительной практики и позиция эксперта по выявленным проблемам, причинам их возникновения и возможным путям их решения.

Проанализированная практика дает основания сделать вывод, что российские суды чаще всего применяют Конституцию совместно с применением действующего законодательства. Так происходит примерно в трех четвертях случаев из общего объема решений, содержащих ссылки на конституционные положения. В одних случаях это оправдывается применением конституционных принципов для толкования положений законов или подзаконных нормативных актов, однако ссылки на конституционные нормы приводятся судами в обоснование необходимости применения законодательных положений. Например, суд приводит ссылку не только на положения гражданского законодательства о приобретательной давности, но и на ст. 8 и 35 Конституции[1].

Суды прибегают к подобным ссылкам наиболее часто в делах, затрагивающих социальные вопросы – выплату пенсий или иных государственных пособий, защиту трудовых и жилищных прав. Реже эти ссылки используются при рассмотрении дел о защите собственности, применении мер административной и уголовной ответственности, применении процессуального законодательства.

Многие ссылки на конституционные нормы выглядят неоправданными и даже ошибочными. Например, суды «применяют» положения Конституции, гарантирующие какое-то право, обосновывая решение об отказе в защите этого права. Например, Дмитровский городской суд Московской области отказал в удовлетворении требований о выплате пенсии, сославшись на ст. 39 Конституции[2]. Ленинский районный суд Санкт-Петербурга обязал заблокировать Интернет-сайт с информацией, квалифицированной как пропаганда наркотиков, сославшись на ст.29 Конституции РФ[3].

В подобных ситуациях ссылки на нормы Конституции выглядят бессмысленными. Конституция в таких делах фактически не используются, и лишь упоминается в судебных решениях – не совсем понятно, с какой целью. Ссылки были бы оправданны, если бы суды соотносили применяемое ими законодательство с конституционными нормами или давали толкование законодательным положениям в соответствии с принципами Конституции. Чаще всего этого не происходит, ссылки Конституцию выглядят несколько ритуально.

Подобный вывод подтверждается и хаотичностью ссылок на конституционные нормы. Статьи Конституции перечисляются зачастую до десятка статей через запятую, без объяснения применимости конкретных положений в данном деле. Например, рассматривая дело о дискриминации в трудовых отношениях суд может сослаться на девять статей Конституции, восемь из которых он просто перечислив через запятую[4], тогда как другой суд в похожем деле – лишь на одну ст.37 Конституции РФ[5].

Обоснование применимости определенного положения Конституции в конкретном деле создало бы определенные трудности для суда, в особенности при отсылке к самым общим конституционным нормам – нормам статей 1, 2, 3 Конституции. К примеру, вынося решение о понуждении образовательного учреждения к сооружению ограждения контейнера для сбора бытового мусора Вилючинский городской суд Камчатского края сослался не только на ст.42, но  и на статьи 2 и 18 Конституции РФ[6].  Довольно часто ссылаясь на положения ч.3 ст.55 Конституции суды не указывают, какое именно конституционное право было ограничено законом, применяемым в конкретном деле[7].

Необоснованно выглядят в судебной практике и примеры того, как суды, применяя положение закона,  одновременно обосновывают его конституционность – как правило, путем общей отсылки к ч.3 ст.55 Конституции, без необходимого конституционного анализа. Возможно, суды полагаю, что они обязаны оценивать конституционность любого применяемого ими нормативного акта, однако такое предположение ставит под сомнение презумпцию конституционности закона, а также ставит общую проблему об осуществлении конституционного контроля судами общей юрисдикции и арбитражными судами.

В основной массе собранных судебных актов (около 2100 решений) Конституция судами фактически не применяется.  Однако около четверти проанализированных судебных актов дает пример действительного применения Конституции.

Во-первых, суды в определенных ситуациях ссылаются на Конституцию в обоснование неприменения подзаконных актов, чье содержание расходится с конституционными положениями.

Например, Гиагинский районный суд Республики Адыгея фактически оценил конституционность некоторых положений Правил учета транспортных средств, которые не допускают ни постановку на учет, ни снятие с учета автомобилей, имеющих следы изменения номерных агрегатов. Сочтя, что в результате применения этих правил (утвержденных приказом МВД РФ от 24.11.2008 №1001) ограничивается конституционное право собственности на транспортное средство, суд отказался их применять и обязал МРЭО ГИБДД снять транспортное средство гражданина с учета.[8]

В некоторых случаях отказ в применении положения того или иного нормативного акта может быть оправдан условиями конкретного дела. Применение нормы, в целом не противоречащей Конституции, может с учетом конкретных обстоятельств дела привести к неконституционным последствиям. Например, суд отказал в удовлетворении иска о выселении инвалида, пенсионера военной службы и участника ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС в связи с тем, что подобная мера слишком негативно скажется на социальной его социальной защищенности и приведет к нарушению его конституционных прав.[9]

К сожалению, суды чаще всего не обосновывают неприменение акта обстоятельствами конкретного дела, а лишь включают в свою аргументацию общую, абстрактную оценку неконституционности. В проанализированных судебных решениях, содержащих отказы в применении нормативного акта на основании его неконституционности, лишь в двух делах суды не применили подзаконные акты[10], в шести случаях – законы, в отношении которых никаких решений Конституционного Суда РФ не выносилось.[11] Хотя подобная практика должна считаться недопустимой, в общей массе дел эти решения составляют лишь незначительную часть.

Среди проанализированных судебных решений было обнаружено очень много (более 300) актов, в которых суды отказывали в применении закона на основании решений Конституционного Суда РФ, в которых таким актам была дана конституционно-правовая оценка.

Основное затруднение в подобных случаях применения правовых позиций Конституционного Суда РФ состоит в том, предоставлено ли судам полномочие на основании решения Конституционного Суда не применять акты, аналогичные признанным неконституционными, но не рассматривавшиеся ранее Конституционным Судом РФ. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 27.01.2004 №2-П такое полномочие было признано только за Верховным Судом РФ. В Определении от 18.01.2005 №36-О Конституционный Суд РФ расценив «универсализацию» его правовой позиции арбитражным судом как недопустимую[12], однако практика показывает, что суды достаточно часто отказывают в применении законов ссылаясь на применение тех или иных позиций Конституционного Суда РФ.

Наиболее часто в практике встречаются случаи применения правовых позиций, выраженных в Постановлениях Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 №2-П, 10.07.2007 №9-П и ряде других решений о неконституционности выделения определенных социальных групп и категорий граждан для предоставления определенных социальных льгот.

Довольно часто суды, например, признают право граждан на получение досрочной пенсии в случаях, если организация, в которой работал гражданин, отсутствует в перечне, утвержденном Постановлением Правительства РФ. Например, Красноармейский районный суд Волгограда признал, что отсутствие в списке, утвержденном Постановлением Совета Министров РСФСР от 6.09.1991 №463, наименования «комната школьника Профкома ВО Вторчермет» не должно препятствовать признанию работы в этом учреждении работой в качестве педагога внешкольного образовательного учреждения. Суд посчитал, что специальный трудовой стаж в этом случае должен быть признан.[13] Подобные решения исчисляются десятками. Среди использовавшихся для анализа их было обнаружено более 150. В одних решениях суды ссылаются постановления и определения Конституционного Суда РФ, в других – непосредственно обосновывают дискриминационный характер закона в отношении заявителя и соответственно неконституционность отказа в предоставлении ему соответствующей социальной льготы.

В подобных случаях решения судов можно оценивать как вмешательство в определение пределов социальных гарантий, отнесенное к полномочиям органов законодательной и исполнительной власти, оправданием чему вряд ли может послужить даже применение решений Конституционного Суда РФ.

Во-вторых, суды осуществляют толкование положений нормативных правовых актов с учетом принципов Конституции. К сожалению, подобные примеры в судебной практике встречаются довольно редко. В нескольких делах, проанализированных при проведении мониторинга, суды отказывают в применении административного выдворения иностранных граждан и назначают другие административные наказания. Основанием для такого решения выступает аргумент, что выдворение означало бы неоправданное вмешательство в защиту частной и семейной жизни и нарушало бы соответствующие права человека.[14] Аналогичным путем суды рассуждал и признавая незаконным аннулирование разрешения на временное проживание для иностранного гражданина.[15] Другой пример – признание судом права собственности на вещь, которая вещью не являлась с точки зрения гражданского законодательства. Суд признавал право собственности на квартиру, сдача в эксплуатацию и регистрация которой в качестве объекта недвижимости не осуществлялась.[16] Принимая подобные решения, суды часто апеллируют к необходимости обеспечить эффективную защиту права, а не ограничиваться установлением формальных условий применения нормы.[17]

Осуществляя подобное толкование, суды не вторгаются в компетенцию ни Конституционного Суда РФ, ни в компетенцию органов законодательной и исполнительной власти и обеспечивают реализацию конституционных норм в практике применения действующего законодательства. Подобный способ реализации Конституции видится бесспорным, несмотря на то, что последующее выявление Конституционным Судом РФ конституционно-правового смысла примененного судом нормативного акта может привести к фактическому пересмотру правовых выводов, содержащихся в решении суда.

Правда, само по себе подобное толкование часто представляет собой некоторую трудность для судов. Например, может оказаться сомнительным выбор положения Конституции, в соответствии со смыслом которого толкуется положение действующего законодательства. Кожевниковский районный суд Томской области принял решение о выселении гражданина из жилого помещения в целях защиты прав собственника этого жилья, применил положения о защите собственности. При этом судом не была принята во внимание и даже не упомянута в решении другая конституционная норма – норма, гарантирующую право на жилище. Суду, очевидно, следовало выявить баланс прав, гарантированных Конституцией, однако этого не было сделано.[18]

В-третьих, в судебной практике обнаруживается несколько групп дел, в которых суды непосредственно применяют конституционные положения, регулирующие вопросы организации публичной власти и механизма ее осуществления.

Рассматривая законность нормативных актов, суды в часто приводят аргументы нарушении конституционных положений о распределении предметов ведения в Российской Федерации[19] или прав, гарантированных Конституцией РФ. [20]

В ряде решений суды не применяют положения нормативных актов ссылаясь на то, что в нарушение требований Конституции они не были опубликованы для всеобщего сведения.[21]

Непосредственное применение конституционных норм в ряде дел наблюдается в вопросе о пределах полномочий самого суда. В ряде дел суды отказывали в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что принятие решения означало бы фактическое вмешательство со стороны суда в предметы ведения органов местного самоуправления, независимых от органов государственной власти.[22]

Поскольку в подобных случаях речь идет о квалификации судом конкретных публичных правоотношений, непосредственно регулируемых Конституцией, суды очевидно, остаются в пределах своей компетенции, не посягая на полномочия Конституционного Суда РФ и в то же время непосредственно обеспечивая реализацию конституционных норм об устройстве публичной власти в Российской Федерации.

Наконец, в-четвертых, суды редко признают обязательность конституционных норм для частных лиц и редко применяют Конституцию непосредственно для решения споров гражданско-правового характера. Например, в одном из дел суд отказал гражданину в защите его права, признав его требования гражданско-правовыми, и сочтя, что одно лишь признание нарушения права способом его защиты в соответствии со ст. 12 ГК РФ не считается. В этом деле спор касался нарушения права на достоинство личности условиями содержания задержанных в отделе внутренних дел. В этой ситуации речь шла о публичных правоотношениях, связанных с реализацией властных полномочий, и их квалификация как гражданских носила ошибочный характер, однако показательна сама позиция суда об отказе выйти за пределы гражданского законодательства в определении способов защиты прав, даже если речь идет о конституционных правах и свободах.[23]

В то же время суды отчасти признают обязательность соблюдения конституционных прав в отношениях между частными лицами, удовлетворяя требования о возмещении морального вреда, причиненного нарушением таких прав. Например, суд взыскал возмещение морального вреда, причиненного неоказанием медицинской помощи, указав, что обязанность оказания медицинской помощи медицинским учреждением вытекает из ч.1 ст.41 Конституции, несмотря на то, что отношения носили явно имущественный характер – речь шла об оказании помощи на коммерческой основе.[24] В решении главным образом речь шла о толковании и применении гражданского законодательства о возмещении вреда, непосредственная защита конституционных прав от их нарушения частными лицами фактически не обеспечивается.

На основании изложенного можно сделать вывод, что потенциал Конституции как нормативного правового акта в Российской Федерации судами не вполне реализуется. Очевидно, что суды могли бы шире использовать конституционные нормы для толкования законодательных норм, хотя пока делают это довольно редко, суды могли бы оценивать конституционность применяемых ими нормативных актов (исключая те, оценка конституционности которых относится к компетенции Конституционного Суда РФ). В то же время судам, напротив, следовало бы воздерживаться от чрезмерно частного и не всегда оправданного расширения сферы действия правовых норм, вводящих те или иных социальные гарантии и льготы, поскольку в этом случае суды, очевидно, вторгаются в компетенцию законодательных органов власти.


 

Образовательное право 

 (эксперт – к.ю.н., ассистент кафедры теории и истории

государства и права СПбГУ Васильев И.А.)

 

Методика сбора правоприменительной практики

Рабочей группой проекта «Мониторинг правоприменения» в области «Образовательное право» в мае 2013 г. исследованы особенности исполнения договора о целевом обучении лицами, получившими среднее или высшее профессиональное образование по целевому набору, заключившими соответствующий договор с органами государственной власти, местного самоуправления и юридическими лицами. В целях изучения юридической техники правовых актов и возможных проблем в процессе правоприменения, был произведён сбор и анализ норм законодательных и подзаконных актов Российской Федерации,  а также были произведены поиск, обобщение и анализ за 2010-2012 календарные года правоприменительной практики судов общей юрисдикции. Предметом исследования выступали правоприменительные решения первой инстанций органов судебной власти Калининградской области, Псковской области, Ненецкого автономного округа. Тип нормативно-правовых актов: закон, постановление; количество нормативно-правовых актов по заявленной проблематике раздела: 4. Вид правоприменительного судебного производства – общая юрисдикция, гражданское судопроизводство; тип найденных правоприменительных решений:  решение;  количество правоприменительных решений по заявленной проблематике раздела: 16.

 

Нормативный акт (акты) и их положения, мониторинг правоприменительной практики по которым проводился:

  1. Трудовой кодекс Российской Федерации № 197-ФЗ от 30.12.2001, ст. 249;
  2. Федеральный закон от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», ст. 35;
  3. Федеральный закон от 12.07.1999 № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», ст. 2-5;
  4. Постановление Правительства Российской Федерации от 25.06.2007 № 402 «Об утверждении Методики исчисления размера подлежащих возмещению средств федерального бюджета, затраченных на военную и специальную подготовку граждан в военных образовательных учреждениях профессионального образования», п. 2-7 Методики.

 

Проблемы, выявленные в ходе мониторинга правоприменительной практики:

Согласно нормам статьи 249 Трудового кодекса, в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении. Данная норма указывает на необходимость компенсации фактически не отработанного после окончания обучения времени, однако, диспозитивное правовое регулирование позволяет устанавливать особые правила, которые проистекают из природы рассматриваемого нами института целевого обучения, к примеру, за счёт средств федерального бюджета. В развитие данного способа правового регулирования, дополнительные соглашения к трудовому договору устанавливают обязанность компенсации средств для обучения лица по целевому набору в случае указанных нами ранее обстоятельств. Иным вариантом создания подобных гарантий для работодателя, вступающего с физическим лицом в договорные отношения о целевом обучении, является заключением отдельного договора.  Также, в соответствии с нормами пункта 7 статьи 35 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», граждане, отчисленные из военных образовательных учреждений профессионального образования или учебных военных центров при федеральных государственных образовательных учреждениях высшего профессионального образования за недисциплинированность, неуспеваемость или нежелание учиться либо отказавшиеся заключить контракты о прохождении военной службы, возмещают средства федерального бюджета, затраченные на военную и специальную подготовку.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2007 утверждена Методика исчисления размера подлежащих возмещению средств федерального бюджета, затраченных на военную и специальную подготовку граждан в военных образовательных учреждениях профессионального образования. Порядок исчисления размера возмещаемых средств определяется Правительством Российской Федерации. При заключении контрактов о прохождении военной службы с гражданами, обучающимися в военных образовательных учреждениях профессионального образования, условие о возмещении средств, затраченных на специальную подготовку, включается в контракт о прохождении военной службы. В соответствии с пунктом 2 рассматриваемой Методики, размер подлежащих возмещению средств федерального бюджета, затраченных на военную подготовку граждан в военно-учебных заведениях, определяется, исходя из расходов, произведенных для выполнения квалификационных требований. Перечень таких расходов перечислен в пункте 2 и является закрытым, период, на который определяются данные расходы, в соответствии с пунктом 5, составляет один финансовый год. Размер подлежащих возмещению средств, включаемый в контракт, определяется исходя из фиксированного значения этих средств. Фиксированное значение суммы подлежащих возмещению средств, в соответствии с пунктом 6, рассчитывается федеральным органом исполнительной власти. Согласно пункту 7, граждане возмещают средства федерального бюджета, затраченные на военную подготовку, по текущему значению суммы подлежащих возмещению средств.

В соответствии с нормами статей 2-5 Федерального закона от 12.07.1999 «О материальной ответственности военнослужащих», устанавливается исчерпывающий перечень оснований привлечения военнослужащих к материальной ответственности и видов указанной ответственности. Обязанность по возмещению средств федерального бюджета лицами, отчисленными из высших военных учебных заведений, прямо предусмотрена нормами статьи 35 Федерального закона от 28.03.1998  «О воинской обязанности и военной службе». Подобная обязанность возникает вследствие истолкования их природы как средств, затраченных на военную или специальную подготовку лиц, отчисленных за неуспеваемость, и подлежащих возмещению в полном объеме вне зависимости от времени заключения с указанными лицами контрактов. Таким образом, взыскание денежных средств, затраченных на обучение лица, отчисленного из высшего военного учебного заведения, не следует признавать одном из видов материальной ответственности военнослужащих.

 

Позиции правоприменительных органов по указанным проблемам:

В настоящем отчёте мы обобщили и проанализировали правоприменительную практику, позволившую нам сделать выводы по следующим проблемам:

1.                Установление обязанности по трудоустройству, вследствие обучения по целевому направлению, в дополнительном соглашении к трудовому договору.

Распространена практика использования института дополнительных соглашений к трудовым договорам для закрепления обязанности лица отработать в течение определенного периода, основанной на целевом направлении. Сопутствующие подобной обязанности условия невыполнения идентичны требованиям, закрепляемым в нормах договоров о целевом обучении. Так,  в случае отчисления работника из образовательной организации либо расторжения трудового договора, после окончания обучения, до истечения определённого срока, работник обязуется возместить стоимость обучения и иные расходы работодателя с момента расторжения трудового договора (отчисления из учебного заведения). Сложности в процессе правоприменения возникают вследствие необходимости определения периода заключения подобных дополнительных соглашений к трудовому договору. Так, отдельные правоприменительные казусы позволяют нам отмечать случаи подписания соглашения об обязанности трудоустройства вследствие договора целевого обучения между сторонами после окончания образовательного процесса и прохождения итоговой государственной аттестации. Несомненно, практика использования дополнительных соглашений к трудовому договору, устанавливающих условия целевого обучения для работника, должна признаваться эффективной только в случае их заключения между сторонами до момента зачисления в образовательную организацию. В ином случае, затруднителен сам процесс доказывания наличия обязанности по трудоустройству к конкретному работодателю, основанный в большей степени на документально подтверждённых фактах.

Пример правоприменительного решения: Решение Багратионовского районного суда Калининградской области по делу № 2-570/10 от 16.07.2010 г.

2.                Возмещение стоимости обучения за счёт средств федерального бюджета в военных образовательных учреждениях профессионального образования или учебных военных центрах при федеральных государственных образовательных учреждениях высшего профессионального образования вследствие отчисления.

Традиционная практика заключения контракта о прохождении военной службы на время обучения и пять лет военной службы после его окончания, включающая обязательство возместить средства федерального бюджета, затраченные военную или специальную подготовку в случае отчисления за неуспеваемость, также является предметом нашего рассмотрения. Расторжение контракта вследствие невыполнения его условий, к примеру требований к дисциплине, является основанием для исключения лица из списков личного состава и всех видов довольствия, а также применения условия о возмещении стоимости обучения. Отдельные проблемы возникают при понимании института материальной ответственности за невыполнение условий контракта о прохождении военной службы. Привлечение служащего к материальной ответственности не является эквивалентом возмещения средств федерального бюджета, за счёт которых происходило обучение лица по целевому набору. Толкование норм статей 2-5 Федерального закона от «О материальной ответственности военнослужащих» позволяет нам установить исчерпывающий перечень оснований привлечения военнослужащих к материальной ответственности, а также видов данной ответственности. Следовательно, материальная ответственность лица, проходящего военную службу по контракту, и возмещения средств федерального бюджета, вследствие невыполнения условий договора о целевом обучении, являются разными правовыми институтами.  Второй проблемой в рассматриваемом вопросе является размер денежных средств, подлежащих взысканию вследствие нарушения условий договора (контракта) о целевом обучении, основанной на нормах статьи 35 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе». Отдельные мнения в правоприменительной практике свидетельствуют о некорректном понимании данной обязанности и бесспорности перерасчёта, поскольку фактически обучение производится не полный календарный год, в связи с чем из календарного периода обучения надлежит исключить периоды временной нетрудоспособности обучающегося, когда он не посещает занятия, а также периоды его нахождения в отпуске и на суточных дежурствах. Согласно пунктам 2-7 Постановления Правительства Российской Федерации «Об  утверждении Методики исчисления размера подлежащих возмещению средств федерального бюджета, затраченных на военную и специальную подготовку граждан в военных образовательных учреждениях профессионального образования», размер средств, подлежащих возмещению, определяется исходя из расходов, произведенных военно-учебным заведением для выполнения квалификационных требований. Период, на который определяются данные расходы, составляет один финансовый год, размер подлежащих возмещению средств, включаемый в контракт, определяется исходя из фиксированного значения суммы этих средств, определяемых федеральным органом исполнительной власти. Таким образом, согласно нормам Методики, в состав денежных средств, подлежащих возмещению, включаются не только денежные средства, затраченные непосредственно на процесс обучения лица, но и расходы, произведенные военно-учебным заведением для выполнения квалификационных требований, предъявляемых к учебному заведению в соответствии с действующим законодательством.

Пример правоприменительных решений: Решение Псковского городского суда Псковской области по делу № 2-4056/2010 от 2010 г.; Решение Островского городского суда Псковской области по делу № 2-493/2010 от 2010 г.; Решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 07.09.2011 г.; Решение Псковского городского суда Псковской области по делу № 2-3729/2011 от 2011 г.; Решение Балтийского городского суда Калининградской области от 07.11.2011 г.; Решение Багратионовского районного суда Калининградской области по делу № 2-296/12 от 17.05.2012 г.; Решение Ленинградского районного суда г. Калининграда по делу № 2-2169/12 от 09.07.2012 г.

3.                Признание увольнения по инициативе работодателя с места работы, указанного в договоре о целевом обучении, фактом невыполнения условий данного договора.

Заключение лицом контракта о прохождении военной службы на время обучения в учебном заведении и пяти лет военной службы после её окончания, предусматривает взятие на себя обязательства по возмещению средств федерального бюджета на его военную или специальную подготовку. После окончания высшего учебного заведения, прохождения итоговой государственной аттестации и получения диплома государственного образца, лицо обязано пройти военную службу по контракту. Сложности в процессе правоприменения возникают в случае принятия решения аттестационной комиссией воинской части о несоответствии лица занимаемой должности и ходатайства о его увольнении с военной службы до истечения установленного контрактом срока обязательного прохождения службы. В указанной ситуации, после увольнения лица с военной службы и исключения из списков личного состава воинской части, несомненно, возникает предусмотренная контрактом обязанность по возмещению средств федерального бюджета, выделенных для обучения данного лица по целевому набору, вследствие расторжения контракта по обстоятельствам, основанным на нарушении условий его выполнения в порядке несения службы.

Пример правоприменительных решений: Решение Ленинградского районного суда г. Калининграда по делу № 2-4597/11 от 13.10.2011 г.; Решение Ленинградского районного суда г. Калининграда по делу № 2-1272/2012 от 17.04.2012 г.

4.                Включение в договор о целевом обучении условий о доплатах к стипендиям, оплате проживания в общежитии, компенсации стоимости единого проездного билета.

 Отдельные работодатели, заключающие договор о целевом обучении, включают в него особые условия, к примеру, доплаты к стипендиям, оплату проживания в общежитии, компенсацию стоимости единого проездного билета. В правоприменительной практике возникает вопрос относительно необходимости возмещения всех указанных сумм, вследствие невыполнения обучающимся условий договора, отчисления, отказа приступить к работе, с момента заключения договора до отчисления с учётом ставки рефинансирования. Так, отдельны казусы свидетельствуют о понимании денежных средств, подлежащих возмещении, как исключительно оплате образовательных услуг, оказанных высшим учебным заведением. Соответственно, в указанные услуги ошибочно не включаются выплаченная стипендия оплата его проживания в общежитии и оплата единого проездного билета. С нашей точки зрения, корректным является понимание именно общих затрат организации, заключившей договор о целевом обучении, включающих выплату дополнительной стипендии, оплату за проживание в общежитии, а также компенсацию единого проездного билета, если данные обстоятельства прямо предусматриваются сторонами и оговариваются в нормах договора о целевом обучении.

Пример правоприменительных решений: Решение Псковского городского суда Псковской области по делу № 2-4103/2011 от 2011 г.; Решение Дновского районного суда Псковской области по делу № 2-11/2011 от 17.04.2012 г.; Решение Псковского городского суда Псковской области по делу № 2-560\2011  от 2011 г.; Решение Островского городского суда Псковской области по делу № 2-58 от 2012 г.; Решение Нарьян-Марского городского суда Ненецкого автономного округа по делу № 2-329/2012 от 07.06.2012 г.

5.                Отсутствие даты заключения договора (контракта) о целевом обучении.

Актуальной в правоприменительной практике является проблема отсутствия в договоре (контракте) о целевом обучении даты заключения. Формальным основанием для оспаривания данного факта является понимание отсутствия даты заключения договора (контракта) в качестве условия для признания его недействительным. Вместе с тем, корректным, с нашей точки зрения, является понимание указанного обстоятельства как не лишающего контракт юридической силы, по мотивам понимания даты не в роли обстоятельства, юридически значимого для всестороннего и объективного рассмотрения споров, возникающих вследствие отчисления лица, обучавшегося на целевых местах. Исходя из анализа правовой природы средств, затраченных на военную или специальную подготовку лиц, обучавшихся по целевому приёму, и отчисленных за неуспеваемость, средства подлежат возмещению в полном объёме вне зависимости от времени заключения договора (контракта), включающего условие об обучении по целевому набору. Нормы действующего законодательства, по сути, не связывают обязанность возмещения затраченных на обучение средств федерального бюджета с фактом заключения контракта, устанавливая связь исключительно с фактом оплаты обучения конкретного лица. Следовательно, указание в самом договоре (контракте) стоимости обучения за определённый период не снимает с лица, обучающегося по целевому набору, обязанности возместить стоимость за весь период получения им образования.

Пример правоприменительного решения: Решение Островского городского суда Псковской области от 12.08. 2010 г.

 

Позиция эксперта по выявленным проблемам, причинам их возникновения и возможным путям их решения

Выявленные в ходе мониторинга правоприменения нормативно-правовых актов Российской Федерации, и решений органов судебной власти общей юрисдикции, проблемы исполнения условий договора о целевом обучении лицами, получившими среднее или высшее профессиональное образование по целевому набору, заключившими соответствующий договор с органами государственной власти, местного самоуправления и юридическими лицами:

  1. Взыскание денежных средств, затраченных на обучение лица по целевому набору, не является одном из видов материальной ответственности военнослужащих. Подобное толкование основано на некорректном толковании норм Федерального закона от 12.07.1999 № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих»; 
  2. Установление обязанности по трудоустройству, вследствие обучения по договору о целевом обучении, в дополнительном соглашении к трудовому договору в процессе обучения или после получения диплома государственного образца;
  3. Увольнение лица по инициативе работодателя с места работы, указанного в договоре о целевом обучении, неоднозначно признаётся фактом невыполнения условий данного договора; 
  4. Включение в договор о целевом обучении условий о доплатах к стипендиям, оплате проживания в общежитии, компенсации стоимости единого проездного билета влияет на определение общей суммы средств, подлежащих компенсации лицом, вследствие неисполнения условий договора о целевом обучении; 
  5. Отсутствие даты заключения договора (контракта) о целевом обучении может влиять на юридическую силу данного двустороннего (многостороннего) акта.

 

Возможные варианты обеспечения исполнения условий договора о целевом обучении лицами, получившими среднее или высшее профессиональное образование по целевому набору, заключившими соответствующий договор с органами государственной власти, местного самоуправления и юридическими лицами:

  1. Внесение изменений в нормы статей 2-5 Федерального закона от 12.07.1999 «О материальной ответственности военнослужащих», в целях исключения возможности толкования факта возмещения средств федерального бюджета, потраченных на обучение военнослужащего по контракту, как вида материальной ответственности;
  2. Внесение изменений в нормы статьи 249 Трудового кодекса Российской Федерации № 197-ФЗ от 30.12.2001 в части определения срока заключения дополнительного соглашения, регламентирующего целевое обучение работника, к трудовому договору до начала оказания образовательных услуг соответствующей организацией;
  3. Издание Министерством обороны Российской Федерации письма с разъяснением для подведомственных организаций однозначного понимания факта увольнения лица по инициативе работодателя с места работы, указанного в договоре о целевом обучении, как невыполнения условий данного договора;
  4. Внесение изменений в нормы статьи 249 Трудового кодекса Российской Федерации № 197-ФЗ от 30.12.2001 в целях регламентации  условий о доплатах к стипендиям, оплате проживания в общежитии, компенсации стоимости единого проездного билета в качестве общей суммы средств, подлежащих компенсации лицом, вследствие неисполнения условий договора о целевом обучении;
  5. Внесение изменений в пункт 7 статьи 35 Федерального закона № 53-ФЗ от 28.03.1998 «О воинской обязанности и военной службе» в части однозначного понимания правовой природы средств, затраченных на военную или специальную подготовку лиц, отчисленных за неуспеваемость, как подлежащих возмещению в полном объеме вне зависимости от времени заключения с указанной категорий лиц контрактов.


 

Жилищное право 

 (отчет составлен администратором проекта «Мониторинг правоприменения» СПбГУ Ревазовым М.А.)

 

Методика сбора правоприменительной практики

Сбор правоприменительной практики осуществлялся по решениям судов общей юрисдикции за 2010-2012 гг. При осуществлении мониторинга осуществлялся сбор обнародованных (в том числе размещенных в БД КонсультантПлюс раздел Судебная практика и на информационных ресурсах, содержащих судебную практику – actoscope.com, gcourts.ru, судебныерешения.рф) судебных актов судов общей юрисдикции по гражданским делам в которых рассматривались вопросы, связанные с признанием многоквартирных домов аварийными и подлежащими сносу.

Перечень проанализированных судебных актов приведен ниже.

Нормативное регулирование исследуемых вопросов

В соответствии с ч. 4 ст. 15 ЖК жилое помещение может быть признано непригодным для проживания по основаниям и в порядке, которые установлены уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти.

Постановлением Правительства РФ от 28.01.2006 года утверждено Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции.

В соответствии с п. 7 раздела 1 Положения признание помещения жилым, пригодным (непригодным) для проживания граждан, а также многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции осуществляется межведомственной комиссией, создаваемой в этих целях, на основании оценки соответствия указанных помещения и дома установленным в Положении требованиям.

В силу пункта 33 Положения основанием для признания жилого помещения непригодным для проживания является наличие выявленных вредных факторов среды обитания человека, которые не позволяют обеспечить безопасность жизни и здоровья граждан вследствие:

ухудшения в связи с физическим износом в процессе эксплуатации здания в целом или отдельными его частями эксплуатационных характеристик, приводящего к снижению до недопустимого уровня надежности здания, прочности и устойчивости строительных конструкций и оснований;

изменения окружающей среды и параметров микроклимата жилого помещения, не позволяющих обеспечить соблюдение необходимых санитарно-эпидемиологических требований и гигиенических нормативов в части содержания потенциально опасных для человека химических и биологических веществ, качества атмосферного воздуха, уровня радиационного фона и физических факторов наличия источников шума, вибрации, электромагнитных полей.

Комиссия на основании заявления собственника помещения или заявления гражданина (нанимателя) либо на основании заключения органов, уполномоченных на проведение государственного контроля и надзора, по вопросам, отнесенным к их компетенции, проводит оценку соответствия помещения установленным в настоящем Положении требованиям и признает жилое помещение пригодным (непригодным) для проживания, а также признает многоквартирный дом аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (п.42 Положения).

При оценке соответствия находящегося в эксплуатации помещения установленным в настоящем Положении требованиям проверяется его фактическое состояние. При этом проводится оценка степени и категории технического состояния строительных конструкций и жилого дома в целом (п.43 Положения).

Для рассмотрения вопроса о пригодности (непригодности) помещения для проживания и признания многоквартирного дома аварийным заявитель представляет в комиссию по месту нахождения жилого помещения следующие документы: заявление о признании помещения жилым помещением или жилого помещения непригодным для проживания и (или) многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции; копии правоустанавливающих документов на жилое помещение, право на которое не зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним; в отношении нежилого помещения для признания его в дальнейшем жилым помещением - проект реконструкции нежилого помещения; заключение специализированной организации, проводившей обследование многоквартирного дома, - в случае постановки вопроса о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции; заключение проектно-изыскательской организации по результатам обследования элементов ограждающих и несущих конструкций жилого помещения - в случае, если в соответствии с абзацем третьим пункта 44  Положения предоставление такого заключения является необходимым для принятия решения о признании жилого помещения соответствующим (не соответствующим) установленным в настоящем Положении требованиям; заявления, письма, жалобы граждан на неудовлетворительные условия проживания - по усмотрению заявителя (п.45 Положения).

Согласно п.46 Положения комиссия рассматривает поступившее заявление в течение 30 дней с даты регистрации и принимает решение (в виде заключения), указанное в п.47 Положения, либо решение о проведении дополнительного обследования оцениваемого помещения.

В силу п.47 Положения по результатам работы комиссия принимает одно из следующих решений:

о соответствии помещения требованиям, предъявляемым к жилому помещению, и его пригодности для проживания;

о необходимости и возможности проведения капитального ремонта, реконструкции или перепланировки с целью приведения утраченных в процессе эксплуатации характеристик жилого помещения в соответствие с установленными в Положении требованиями и после их завершения - о продолжении процедуры оценки;

о несоответствии помещения требованиям, предъявляемым к жилому помещению, с указанием оснований, по которым помещение признается непригодным для проживания;

о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу;

о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим реконструкции. Решение принимается большинством голосов членов комиссии и оформляется в виде заключения. Если число голосов «за» и «против» при принятии решения равно, решающим является голос председателя комиссии. В случае несогласия с принятым решением члены комиссии вправе выразить своё особое мнение в письменной форме и приложить его к заключению. По окончании работы комиссия составляет в 3-х экземплярах заключение о признании помещения пригодным (непригодным) для постоянного проживания по форме согласно приложению № 1 к Положению.

В соответствии с п.52 Положения решение комиссии может быть обжаловано заинтересованными лицами в судебном порядке.

 

Позиции правоприменительных органов по исследуемым вопросам

Как видно из вышеприведённых норм Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, для признания жилого дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции и, как следствие, для решения вытекающих из этого требований внести дом в список аварийного жилья и выделить деньги на его капитальный ремонт или требовании о предоставление другого жилого помещения, необходимо сперва обратиться в межведомственную комиссию, которая специально создается для разрешения данных вопросов и в состав которой входят специалисты в области строительства, архитектуры, пожарного, санитарно-эпидемиологического надзора и т.д. Именно эта комиссия коллегиально должна рассмотреть поступившее заявление с приложенными к нему документами, после чего вынести своё решение. При несогласии с решением комиссии заявители получат право оспорить это решение в судебном порядке.

Но часто встречаются случаи, когда граждане обращаются с подобными требовании сразу в суд. Необходимо понимать, что суд не уполномочен решать подобные требования и не является органом, компетентным решать вопросы, связанные с признанием жилых домов аварийными, подлежащими сносу или реконструкции. Тем самым истцы нарушают установленный Жилищным кодексом Российской Федерации и Положением досудебный порядок урегулирования спора. Суды рассматривают это обстоятельство как основание для оставления искового заявления без рассмотрения. В обоснование своих требований в таких случаях граждане предоставляют техническое заключение о состоянии дома, которое не может подменять решение органа специально уполномоченного для этих целей федеральным органом государственной власти. (Определение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики по делу №2-87/11 от 24 января 2011 года )

Основными спорами в судах по этой категории дел являются иски от собственников или нанимателей помещений в многоквартирных домах о признании бездействия глав администраций, которое выражается в не создании комиссии для оценки жилых помещений. Межведомственная комиссия обычно создается на уровне муниципального образования распоряжением главы местной администрации. Комиссия создается на постоянной основе или работающая временно. При существовании комиссии на постоянной основе граждане обращаются сразу в эту комиссию, что почти исключает возможность возникновения подобных споров. Но такие комиссии встречаются гораздо реже, чем временные. В таких случаях граждане обращаются в администрацию муниципального образования с соответствующим заявлением и прилагают все необходимые документы, после чего создается комиссия. На практике часто такие заявления в местной администрации не рассматриваются, а заявители получают формальные ответы, например, о подаче неполного пакета документов. Или же можно привести в качестве примера Решение Первомайского районного суда г. Кирова Кировской области №2-1469/11 от 11 мая 2011 года: «Суд не соглашается с доводами представителя администрации г. Кирова о необходимости подачи гражданами заявления о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции в межведомственную комиссию, поскольку комиссия не является постоянно действующим органом, межведомственная комиссия, создается в зависимости от принадлежности жилого дома к соответствующему жилищному фонду федеральным органом исполнительной власти, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления». В таких делах суды чаще всего встают на сторону заявителей.

В таких случаях суды исследуют вопросы о том, подавались ли соответствующие документы в администрацию и рассматривались ли они межведомственной комиссией. Если заключения межведомственной комиссии о пригодности либо непригодности для проживания жилого дома на момент рассмотрения дела не имеется, то суды возлагают обязанность по созданию подобной комиссии  на местную администрацию и указывают на необходимость рассмотрения заявлений граждан. Если такая комиссия уже существует, то возлагают обязанность на администрацию направить в межведомственную комиссию документы по признанию жилого дома (жилых помещений) непригодными для проживания. Обычно в число этих документов входят следующие документы: нотариально заверенные копии правоустанавливающих документов на многоквартирный жилой дом; план многоквартирного жилого дома с его техническим паспортом; заключение специализированной организации, проводящей обследование многоквартирного жилого дома жилищной инспекции. Также суды своим решением возлагают на местную администрацию в лице межведомственной комиссии по признанию жилых домов (жилых помещений) непригодными для проживания, обязанность в течение 30 дней с даты получения вышеназванных документов провести оценку соответствия многоквартирного жилого дома требованиям, установленным в Положении о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47.

В таких случаях обычно заявляются и требования о возложении на местную администрацию обязанности признать многоквартирный дом аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, но суды в удовлетворении таких требований отказывают, указывая на то, что основания для этого на момент вынесения гражданского дела не имеется. А в качестве основания рассматривается исключительно заключение межведомственной комиссии (Заочное решение Ленинского районного суда г. Ульяновска №2-5531/10 от 12 октября 2010 года).

Несмотря на то, что судебная практика по данному вопросу достаточно единообразна, встречаются и другие позиции судов. Например решение Железноводского городского суда Ставропольского края №2-339/12 от 30 мая 2012 года: «согласно заключения эксперта № 77 от 10 мая 2012 года, подтвержденного в судебном заседании экспертом Бондарь Д.В., который проводил данную экспертизу, техническое состояние жилого дома по ул.К.Маркса <данные изъяты> г. Железноводска литеры «А,а,а1» определено как непригодное для проживания, основные конструктивные элементы исследуемого объекта находятся в недопустимом состоянии, при котором существует опасность для пребывания людей и сохранности оборудования, следовательно, создают угрозу жизни и здоровью людей.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что истец проживает в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям, что в соответствии с п.3 ст. 51 ЖК РФ является основанием для признания истца, нуждающимся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма.

Представителем ответчика не предоставлено доказательств тому, что истцу было разъяснено о необходимости обращения в межведомственную комиссию для решения вопроса о непригодности домовладения для проживания.

Исходя из изложенного доводы представителя ответчика о том, что поскольку Горбунова А.Я. по вопросу признания 1/2 части домовладения непригодным для проживания в межведомственную комиссию не обращалась … являются основанием для отказа в удовлетворении требований истца, суд находит несостоятельными.

решил:

Признать не пригодным для проживания 1/2 часть жилого дома принадлежащего Горбуновой А.Я. по адресу: Ставропольский край, город Железноводск, улица К. Маркса, <данные изъяты>».

То есть в данном деле суд своим решением заменил решение межведомственной комиссии. Такой подход явно расходится с общим подходом в решении подобных дел и не является обоснованным. Представляется верным изложенный ранее подход, в котором суды лишь обязывали создать комиссию или рассмотреть документы в комиссии, но не принимали сами решения, которые относятся к компетенции комиссии. 

Также распространены споры, в которых заявляются требования о признании бездействия местной администрации не законным, которое выражается в не включении дома, признанного аварийным, в программу по расселению. Так типовой ситуаций является следующая:  администрацией со своей стороны бывают соблюдены все требования: по заявлению жильцов создана межведомственная комиссия, которая признала дом аварийным. Постановлением администрации утвержден акт о том, что дом аварийный и подлежит сносу, а жильцы переселению. Однако, несмотря на разъяснения, письма которые направлялись жильцам аварийного дома жильцами и собственниками квартир дома в полном объеме необходимые документы так и не были представлены в администрацию. В связи с чем, жилой дом не был включен в программу по сносу ветхого и аварийного жилья. При этом обычно ссылаются на необходимость предоставления документов всеми жильцами дома сразу. 

Суды в таких случаях занимают позицию, согласно которой то обстоятельство, что не все жильцы подали в администрацию необходимые документы, на занимаемые последними жилые помещения, не меняет технического состояния жилого дома, а только влияет на включение или не включение указанных лиц в программу по отселению из ветхого и аварийного жилья (Решение Предгорного районного суда Ставропольского края №2-541/11 от 07 июня 2011 года).

Если межведомственная комиссия уже приняла решение, но заинтересованные лица с ним не согласны, то в соответствии с п.52 Положения решение комиссии может быть обжаловано в судебном порядке. В соответствии с требования закона при рассмотрении заявления в порядке Главы 25 ГПК РФ обязанность по доказыванию законности принятия оспариваемого решения возлагается на орган, действия (решения) которого обжалуются.

При рассмотрении таких дел суды обращают свое внимание на то были представлены суду документы или нет, подтверждающие, что оспариваемое решение было принято в соответствии с п. п. 42-49 Постановления Правительства РФ от 28.01.2006г. N 47. Если такие доказательства отсутствуют или сторона истца в процессе доказывает нарушение процедуры при вынесении решения межведомственной комиссией, то суды признают такое решение незаконным, поскольку, оно нарушает закон и права заявителей. Доводы ответчиков по таким делам о моральном устаревании спорных домов, нецелесообразности в связи с этим капитального ремонта не имеют правового значения. Суды принимают во внимание именно строгое соблюдение порядка с проведением всех необходимых исследований домов и получением соответствующих экспертных заключений.

Примером соблюдения требований к работе межведомственной комиссии можно указать следующий набор обстоятельств: межведомственная комиссия для оценки жилых помещений создана органом местного самоуправления в установленном порядке. В состав комиссии включены представители органа местного самоуправления. К работе комиссии привлечено лицо, уполномоченное собственником жилого помещения. Основанием для признания жилого дома аварийным явилось наличие выявленных вредных факторов среды обитания человека, которые не позволяют обеспечить безопасность жизни и здоровья граждан вследствие ухудшения в связи с физическим износом в процессе эксплуатации отдельных частей здания, приводящих к снижению до недопустимого уровня надежности здания, прочности и устойчивости строительных конструкций и оснований. При оценке соответствия находящегося в эксплуатации помещения установленным требованиям проверено его фактическое состояние. Комиссией составлены заключение о признании многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу, и акт обследования помещения. При этом признание комиссией многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу основано на результатах, изложенных в заключении специализированной организации, которой проведено обследование дома.

Необходимо обратить внимание еще на несколько вопросов, которые становятся предметом рассмотрения в судах. Так встречаются требования о заключении договора найма жилого помещения или приватизации в отношении объектов, которые находятся в домах, которые признаны аварийными. В таких делах суды неизменно следуют положениям закона:

На основании п. 1 ст. 673 ГК РФ объектом договора найма жилого помещения может быть изолированное жилое помещение, пригодное для постоянного проживания (квартира, жилой дом, часть квартиры или жилого дома). Пригодность жилого помещения для проживания определяется в порядке, предусмотренном жилищным законодательством.

Согласно ст. 2 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в РФ" граждане, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд) на условиях социального найма вправе приобрести эти помещения в собственность на условиях предусмотренных этим Законом, иными нормативными актами РФ и субъектов РФ.

В соответствии со ст. 4 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в РФ" (с изменениями на 11 июня 2008 года) не подлежат приватизации жилые помещения, находящиеся в аварийном состоянии, в общежитиях, в домах закрытых военных городков, а также служебные жилые помещения, за исключением жилищного фонда совхозов и других сельскохозяйственных предприятий, к ним приравненных, находящийся в сельской местности жилищный фонд стационарных учреждений социальной защиты населения.

И в заключении можно обратить внимание на еще одну проблему, с которой часто сталкиваются граждане. Так муниципальные образования, которые входят в состав муниципальных районов часто передают полномочия по рассмотрению подобных вопросов на уровень муниципального района. То есть, например, поселение может не создавать межведомственную комиссию, а вопросы признания аварийными объектов, находящихся в его собственности, будут решаться в межведомственной комиссии, создаваемой на уровне муниципального района. Граждане часто не знают о таком перераспределении полномочий. Это приводит к тому, что граждане не знают в какие именно органы обращаться с соответствующими требовании. 

 

Исходя из рассмотренных вопросов можно сделать несколько выводов.

Во-первых, возможно, было бы целесообразно в случаях, когда межведомственная комиссия не создана, а в судебном заседании были представлены все необходимые для признания дома аварийным доказательства, позволить суду решить вопрос об аварийности дома. Это в большей степени поможет защитить права граждан, чем указание на необходимость создания такой комиссии. Но при этом суд не должен принимать такие решения в условиях существования данной комиссии. А также, решая конкретное дело, суд также должен и указать о необходимости создания комиссии, а не становиться органом, заменяющим её.

Во-вторых, понятие «ветхое жилье» в законодательстве РФ не раскрывается. Ни Жилищный кодекс РФ, ни положение «О признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции», не содержит определения этого понятия. Но данное понятие часто используется как в названии различных федеральных и местных программ «по регенерации кварталов ветхого и аварийного жилья», расселению граждан из ветхого и аварийного жилья, так и упоминается в судебных актах.

Определение понятия «ветхое состояние здания» содержится в Методическом пособии по содержанию и ремонту жилищного фонда МКД 2-04.2004, которые не были официально опубликованы. В этом Пособии ветхое состояние здания определяет как «состояние, при котором конструкции здания и здание в целом имеет износ: для каменных домов - свыше 70%, деревянных домов со стенами из местных материалов, а также мансард - свыше 65%, основные несущие конструкции сохраняют прочность, достаточную для обеспечения устойчивости здания, однако здание перестает удовлетворять заданным эксплуатационным требованиям».

В таких условиях комиссии выносят решения со ссылками на степень износа здания, руководствуясь здравым смыслом и собственными убеждениями.

Введение такого положения в Постановление Правительства РФ от 28.01.2006 N 47 позволит более единообразно решать вопрос о том, является ли многоквартирный дом ветхим. А также позволит разграничить понятия ветхого и аварийного жилья. В отсутствии такой нормы решение комиссии не зависит прямо от степени износа конструкций здания, которая установлена в экспертном заключении обследования здания.

В-третьих, тенденция, которая просматривается в судебной практике при оспаривании решений межведомственной комиссии  состоит в том, что суды исследуют только вопрос соблюдения процедуры принятия решения межведомственной комиссией. Хотя нет никаких препятствий к исследованию вопроса о соответствии формально законного решения комиссии фактическому положению дел. Для этого возможно проведение дополнительных экспертиз, исследование иных доказательств, касающихся фактического состояния здания. 

 

Перечень проанализированных правоприменительных решений

  1. Апелляционное определение Ростовского областного суда №33-6344 от 7 июня 2012 года
  2. Апелляционное определение Красноярского краевого суда №33-2759/2012 от 16 апреля 2012 года
  3. Заочное решение Ленинского районного суда г. Ульяновска №2-5531/10 от 12 октября 2010 года
  4. Определение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики по делу №2-87/11 от 24 января 2011 года
  5. Решение Омского районного суда Омской области №2-144/11 от 03 марта 2011 года
  6. Решение Железноводского городского суда Ставропольского края №2-339/12 от 30 мая 2012 года
  7. Решение Ленинского районного суда г. Ростов-на-Дону №2-436/11 от 09 марта 2011 года
  8. Решение Предгорного районного суда Ставропольского края №2-541/11 от 07 июня 2011 года
  9. Решение Ачинского городского суда Красноярского края №2-3488/11 от 28 сентября 2011 года
  10. Решение Ачинского городского суда Красноярского края №2-1293/2011 от 22 декабря 2011 года
  11. Решение Беловского городского суда Кемеровской области №2-2288
  12. Решение Бессоновского районного суда Пензенской области №2-739/10 от 06 сентября 2010 года
  13. Решение Енисейского районного суда Красноярского края №2-1181/2010 от 14 декабря 2010 года
  14. Решение Инзанског районного суда Ульяновской области от 27 мая 2011 года
  15. Решение Инзенского районного суда Ульяновской области №2-56/2011 от 24 января 2011 года
  16. Решение Камбарского районного суда Удмуртской Республики №2-162/2011 от 13 апреля 2011 года
  17. Решение Камбарского районного суда Удмуртской Республики №2-217/2011 от 27 апреля 2011 года
  18. Решение Камбарского районного суда Удмуртской Республики №2-334/2011 от 01 сентября 2011 г.
  19. Решение Камбарского районного суда Удмуртской Республики №2-356/2010 от 08 сентября 2010 г.
  20. Решение Кировского районного суда г. Волгограда №2-2344/2010 от 8 ноября 2010 года
  21. Решение Кировского районного суда г. Ростов-на-Дону №2-4410/10 от 17 декабря 2010 года
  22. Решение Красноуфимского районного суда Свердловской области №2-1021/2011 от 07 ноября 2011 г.
  23. Решение Ленинского районного суда г. Пензы от 30 сентября 2010 года
  24. Решение Лысковского районного суда Нижегородской области от 15 ноября 2011 года
  25. Решение Мариинского городского суда Кемеровской области №2094-2011 от 1 февраля 2011 года
  26.  Решение Московского городского суда Саратовской области №2-477/11 от 21 апреля 2011 года
  27. Решение Невельского городского суда Сахалинской области №2-1218/2011 от 28 декабря 2011 года
  28. Решение Нижегородского районного суда г. Нижний Новгород №2-811
  29. Решение Новоалтайского городского суда Алтайского края №2-1227/2011 от 14 сентября 2011 года
  30. Решение Северобайкальского городского суда Республики Бурятия от 23 ноября 2010 года
  31. Решение Славгородского районного суда Алтайского края №2-982/2011 от 18 ноября 2011 года
  32. Решение Советского районного суда г. Уфы №2-110/2011 от 15 апреля 2011 года
  33. Решение Талицкого районного суда Свердловской области №2-117/2012 от 17 апреля 2012 года
  34. Решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края №2-162/10 от 26 октября 2010 г.
  35. Решение Центрального районного суда г. Красноярска №2-4994/2011 от 15 августа 2011 года
  36. Решение Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края №2-1155/11 от 06 апреля 2011 г.
  37. Решение Первомайского районного суда г. Кирова Кировской области №2-1469/11 от 11 мая 2011 г.
  38. Решение Дмитровского городского суда Московской области №2-1695/12 от 28 июня 2012 года
  39. Решение Архаринского городского суда Амурской области №2-19/2010 от 14 января 2010 года
  40. Решение Ленинского районного суда г. Самары №2-3304/11 от 03 августа 2011 года
  41. Решение Ленинского районного суда г. Перми №2-4352/10 от 24 декабря 2010 года
  42. Решение Большесельского районного суда Ярославской области №2-64/2012 от 10 мая 2012 года
  43. Решение Артемовского районного суда Свердловской области №2-174/2012 от 29 февраля 2012 года
  44. Решение Камбарского районного суда Удмуртской Республики №2-438/2010 от 21 декабря 2010 г.
  45. Решение районного суда Удмуртской Республики №2-115/2011 от 31 марта 2011 года
  46. Решение Норильского городского суда Красноярского края №2-393/2011 от 16 февраля 2011 года
  47. Решение Советского районного суда г. Махачкала Республики Дагестан от 2 июня 2010 года
  48. Решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 18 ноября 2010 года
  49. Решение Зольского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 20 февраля 2012 года
  50. Решение Ленинского районного суда г. Ульяновска от 24 августа 2011 года
  51. Решение Советского районного суда г. Махачкала Республики Дагестан от 23 ноября 2010 года


 

 

Медицинское право 

 (эксперт – к.ю.н., доцент кафедры теории и истории

государства и права СПбГУ Капустина М.А.)

 

Методика сбора правоприменительной практики

Мониторинг осуществлялся на основании сбора материалов прокурорских проверок в Санкт-Петербурге за период с 2011 г. по 2012 г., а также  интервьюирование прокуроров, заместителей прокуроров районных прокуратур Санкт-Петербурга.   

При содействии Прокуратуры Санкт-Петербурга было проанализировано более 50 актов прокурорского реагирования по Адмиралтейскому, Василеостровскому, Московскому, Калининскому, Колпинскому, Красногвардейскому, Красносельскому, Кронштадтскому, Петроградскому, Петродворцовому, Приморскому, Пушкинскому   районам, а также городской прокуратуры, среди которых: представления об устранении нарушений законодательства об охране здоровья граждан и законодательства о модернизации здравоохранения, представления об устранении нарушений законодательства о здравоохранении при реализации приоритетного национального проекта «Здоровье», представления об устранении нарушений трудового законодательства по программе модернизации здравоохранения, представления об устранении нарушений законодательства, регламентирующего вопросы обеспечения безопасности граждан, о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд, законодательства о противодействии коррупции, требований Федерального закона РФ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации», представления об устранении нарушений законодательства, определяющего порядок диспансерного наблюдения ребенка в течение первого года жизни, протесты на приказы, принятые должностными лицами медицинских организаций.

 

Проблемы, выявленные в ходе анализа правоприменительной практики и позиция эксперта по выявленным проблемам, причинам их возникновения и возможным путям их решения.

Приоритетный национальный проект «Здоровье» занимает особое место среди национальных проектов в Российской Федерации.  Национальный проект «Здоровье» направлен, прежде всего, на реальное улучшение качества жизни людей, посредством создания необходимых равных стартовых условий фактической реализации правосубъектности каждым гражданином Российской Федерации. Последовательная реализация национального проекта «Здоровье» позволит обеспечить развитие так называемого «человеческого капитала» с самого начала жизни людей, а также должна способствовать улучшению качества жизни людей старшего и зрелого возраста. Основными целями приоритетного национального проекта «Здоровье» провозглашены: укрепление здоровья населения России, снижение уровня заболеваемости, инвалидности, смертности, повышение доступности и качества медицинской помощи населению, развитие профилактической направленности здравоохранения, укрепление материально-технической базы первичного звена здравоохранения и улучшение его кадрового обеспечения, создание условий для оказания эффективной медицинской помощи на догоспитальном этапе, модернизация системы здравоохранения.

Проведенный мониторинг правоприменения позволяет сделать вывод о том, что выявленные районными прокуратурами Санкт-Петербурга нарушения законодательства при реализации приоритетного национального проекта «Здоровье» повторяются от района к району и могут быть оценены как типичные нарушения законодательства.

1. Наиболее часто встречается такое нарушение, как простой оборудования, закупленного в рамках модернизации здравоохранения в соответствии с Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 01.03.2011 г. № 240 «О программе модернизации здравоохранения в Санкт-Петербурге на 2011 – 2012 годы». Прокурорские проверки выявляют факты неэффективного использования бюджетных средства (нарушение правила ст.34 Бюджетного кодекса Российской Федерации), когда оборудование закуплено, введено в эксплуатацию, а фактически не используется ввиду неоконченного ремонта помещений учреждения для указанного оборудования. Например, 08.11.2012 г. в ходе прокурорской проверки деятельности ГБУЗ «Городская поликлиника № ___» выявлен факт простоя цифрового ренгенодиагностического комплекса, введенного в эксплуатацию 11.09.2012 г. в связи с завершением ремонта рентген кабинета (простой около двух месяцев). А в ГБУЗ «Городская больница № ___» был выявлен простой 3 (трех) аппаратов искусственной вентиляции легких для взрослых (были введены в экслуатацию 27.09.2012 г.) и аппарата наркозно-дыхательного (был введен в эксплуатацию 08.10.2012 г.), которые на момент прокурорской проверки 09.11.2013 г. складировались в рентген кабинете и не использовались по назначению. В той же больнице оказались поставленными еще в мае - июле 2012 г., но не используемыми на ноябрь 2012 г. 3 (три) медицинские многофункциональные реанимационные кровати (производитель Финляндия), 3 (три) монитора больного со стандартным набором функций, 5 (пять) мониторов прикроватных в расширенной комплектиции, дефибриллятор с функцией наружной кардиостимуляции и дефибриллятор-монитор. Еще один пример: Прокурор обратился с исковым заявлением в суд на основании выявленных в ходе проверки деятельности СПБГБУЗ «Хххххххххх больница» нарушений, связанных с неиспользованием закупленного, но не введенного в эксплуатацию оборудования на сумму около 30 млн. руб.

Законодательством о размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд предусмотрено правило, согласно которому в государственном  контракте должны быть установлены условия о сроках поставки и монтажа оборудования, вводе в эксплуатацию, обучении персонала работе на нем. В результате прокурорских проверок установлены нарушения требований законодательства в части невыполнения обязательств по государственным  контрактам  (ст.9 Федерального закона № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд»).

Предложения по преодолению выявленной в результате мониторинга правоприменения проблемы простоя оборудования, закупленного в рамках модернизации здравоохранения: Причина выявленных в результате прокурорских проверок нарушений законодательства при реализации приоритетного национального проекта «Здоровье», вероятно, не связана с несовершенством действующего законодательства, а заключается в его неисполнении. Причем, навряд ли, должностные лица медицинских учреждений нарушают в данном случае законодательство с какой-то конкретной целью, например, целью извлечения личной выгоды. Во всяком случае, из материалов прокурорских проверок это не усматривается.

В подобных случаях в юриспруденции помимо решения вопроса о привлечении к юридической ответственности должностных лиц, нарушивших закон, ставится вопрос о причинах и мотивах нормонарушающего поведения и его превенции (предупреждении). Следует отметить, что в резолютивной части проанализированных в порядке мониторинга представлений об устранении нарушений законодательства при реализации приоритетного национального проекта «Здоровье», действительно, сформулированы не только требования о привлечении к дисциплинарной ответственности работников медицинских учреждений, но и прежде всего требования, касающиеся принятия конкретных мер по устранению причин и условий, способствующих выявленным в результате прокурорской проверки нарушениям, а также по недопущению подобных нарушений впредь.

Простой оборудования, закупленного в рамках модернизации здравоохранения, нарушает принцип результативности и эффективности использования бюджетных средств, предусмотренный ст. 28 Бюджетного кодекса РФ, а в конечном итоге - права граждан на медико-социальную помощь. Мотивы нормонарушающего поведения должностных лиц в случаях допущенного ими простоя оборудования для оказания медико-социальной помощи коренятся, по всей видимости, в недобросовестном отношении к своим профессиональным (врачебным) и должностным обязанностям.

Отношение лица к своей деятельности и ее эффективности – проблема современного правового регулирования, которая исследуется не столько формальной (догматичной) юриспруденцией, сколько социологией и психологией права. Стимулировать добросовестное отношение работников медицинских учреждений к своим обязанностям исключительно юридическими средствами весьма сложно, хотя, наверное, метод правовых поощрений в сфере здравоохранения требует сегодня переосмысления в контексте реализации приоритетного национального проекта «Здоровье».

На это обращает внимание и тот факт, что в рамках прокурорских проверок выявляются факты нарушения требований действующего законодательства в части стимулирующих выплат (доплат и надбавок стимулирующего характера, премий и иных поощрительных выплат). Так, например, согласно коллективному договору, СПб ГБУЗ «Городская больница №___» заработная плата работникам выплачивается не реже 2-х раз в месяц – 12 и 27 числа. Но, как было установлено прокурорской проверкой,  денежные выплаты дополнительной заработной платы по родовым сертификатам за оказание медицинской помощи женщинам в период родов и послеродовой период за январь 2012 года были выплачены лишь 29.02.2012 г., а за февраль – 30.03.2012 г. В СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № ___»  заработная плата работникам выплачивается не реже 2-х раз в месяц – 12 и 28 числа. Но денежные выплаты за счет средств бюджета Санкт-Петербурга специалистам с высшим и среднем медицинским образованием СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № ___», оказывающим амбулаторную медицинскую помощь, финансирование которой осуществляется за счет средств бюджета Санкт-Петербурга, на основании Приказа главного врача учреждения от 15.03.2012 № ___ за февраль 2012 года были выплачены лишь 15 марта 2012 года. В представлении об устранении нарушений законодательства при реализации приоритетного национального проекта «Здоровье» и законодательства в сфере охраны здоровья, оказания медицинских услуг сказано, что причиной выявленных нарушений законодательства является незнание норм действующего законодательства должностными лицами учреждения.

Формально-юридические средства, направленные на стимулирование добросовестного отношения работников медицинских учреждений к своим обязанностям, судя по проведенному мониторингу, используются также не в надлежащем объеме. Речь идет о деятельности Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга – органе-регуляторе в данной сфере. По всей видимости, контролировать эффективность и результативность использования оборудования медицинскими учреждениями должен, прежде всего, орган-регулятор (Комитет по здравоохранению), чтобы не допускать нарушений законодательства, которые были выявлены прокуратурой. По мнению прокуроров, Комитетом по здравоохранению Санкт-Петербурга не приняты надлежащие меры по пресечению и недопущению впредь подобных нарушений со стороны должностных лиц медицинских учреждений. В частности, органу-регулятору следовало бы обеспечить надлежащий контроль за деятельностью главных врачей медицинских учреждений по своевременной подготовке помещений, в которых должно быть установлено закупленное и поставленное оборудование для оказания медико-социальной помощи. Результаты мониторинга должны быть известны органу-регулятору, приняты им во внимание при решении вопросов, связанных с назначением на должность главных врачей медицинских учреждений, а так же учтены им при организации мероприятий по повышению квалификации работников медицинских учреждений.

2. Согласно Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года, утвержденной Распоряжением Правительства Российской Федерации от 17.11.2008 № 1662-р основной целью государственной политики в области здравоохранения на период до 2020 года является формирование системы, обеспечивающей доступность медицинской помощи и повышение эффективности медицинских услуг. Реализация этих целей предполагает решение приоритетных задач государства, в том числе реализацию приоритетного национального проекта «Здоровье», одним из направлений которого является повышение доступности медицинской помощи населению, улучшение  кадрового обеспечения здравоохранения, создание условий для оказания эффективной медицинской помощи на догоспитальном этапе. В соответствии с Главой 4 Приложения 1 Закона Санкт-Петербурга от 06.12.2011 № 800-147 «О Территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Санкт-Петербурге на 2012 год», были установлены предельные сроки ожидания плановых консультаций врачей-специалистов и диагностических исследований, выполняемых в плановом порядке. В медицинских организациях, оказывающих первичную медико-санитарную помощь, предельные сроки ожидания - не более 14 дней. При невозможности предоставить гражданину медицинскую помощь в установленные сроки медицинской организацией обеспечивается направление гражданина для получения необходимой помощи в другую медицинскую организацию, включенную в перечень медицинских организаций, участвующих в реализации Территориальной программы, или обеспечивается получение письменного согласия гражданина на получение медицинской помощи с нарушением установленных сроков ожидания.

Прежде всего, следует обратить внимание на саму формулировку требования законодательства. По смыслу закона, получается, медицинская организация будет считаться выполнившей свою обязанность, если получит согласие гражданина на то, что ему будет оказана медицинская помощь с нарушением сроков ожидания. Другими словами, главное, чтобы гражданин сам «подписался» под отказом от получения медицинской помощи в срок. Но ведь, с одной стороны, могут быть разными (правомерными или неправомерными) причины, по которым медицинская организация не может предоставить гражданину медицинскую помощь в установленные сроки, а с другой, - гражданин может дать согласие на получение медицинской помощи с нарушением установленных сроков ожидания, не вполне понимая важность срочности медицинской помощи в конкретном случае, или не имея возможности доехать в предложенную ему другую медицинскую организацию. Тем не менее, независимо от причины, по которой гражданин подпишет согласие на получение медицинской помощи с нарушением установленных сроков ожидания, медицинская организация будет считаться выполнившей требования законодательства.

Что касается причин, по которым медицинская организация не сможет предоставить гражданину медицинскую помощь в установленные сроки, то такой причиной может оказаться просто свободная вакантная должность врача-специалиста. Так, например, в результате прокурорской проверки соблюдения законодательства Российской Федерации при реализации приоритетного проекта «Здоровье» в деятельности СПб ГБУЗ «Городская больница № ___» было установлено, что по состоянию на 13.04.2012 года в СПб ГБУЗ «Городская больница № ___» имеются вакантные должности специалистов с высшим медицинским образованием (13 ставок), в том числе врач акушер-гинеколог, врач-эпидемиолог, врач-неонатолог, врач-фтизиатр, врач-гериатр, врач анестезиолог-реаниматолог и др. В соответствии с действующим законодательством о занятости населения, работодатели обязаны ежемесячно представлять органам службы занятости информацию о наличии вакантных рабочих мест (должностей). Однако, в нарушение требований закона, СПб ГБУЗ «Городская больница № ___» ежемесячная информация (сообщение о наличии вакантных рабочих мест) в Центр занятости в январе и марте 2012 года не предоставлялась, а в феврале 2012 года информация была предоставлена с нарушением срока.

Но и право на получение гражданином медицинской помощи в другой медицинской организации обеспечивается, как показали результаты мониторинга правоприменения, не во всех случаях. Чаще всего в Санкт-Петербурге трудно записаться на прием к врачу-офтальмологу и неврологу. Так, на момент прокурорской проверки 07.11.2012 г. в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № ___» отсутствовала запись к врачу-офтальмологу, инфекционисту, детскому неврологу, ортопеду и детскому аллергологу.  При осуществлении прокуратурой района контрольного звонка 07.11.2012 года  в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № ___» диспетчер пояснила, что «номерков нет, в связи с отсутствием до конца ноября 2012 года записи к указанным специалистам, гражданину придется подождать», направление гражданина для получения необходимой помощи в другую медицинскую организацию, включенную в перечень медицинских организаций, участвующих в реализации Территориальной программы предложено и обеспечено не было. В рамках той же прокурорской проверки были выявлены и факты нарушения требований законодательства о проведении диспансеризации детей в течение первого года жизни, в частности, несвоевременно был проведен осмотр ребенка врачом-ортопедом и гинекологом.

Предложения по преодолению выявленной в результате мониторинга правоприменения проблемы доступности медицинской помощи населению:  Выявленные в результате прокурорских проверок нарушения действующего законодательства медицинскими организациями являются недопустимыми, так как ограничивают конституционное право гражданина на получение своевременной и надлежащего качества медицинской помощи. Установленные в законе предельные сроки ожидания плановых консультаций врачей-специалистов и диагностических исследований, выполняемых в плановом порядке, - юридические гарантии конституционного права на медицинскую помощь. Несвоевременная консультация врача или запоздалая диагностика может повлечь серьезные неблагоприятные последствия для здоровья человека, поставить под угрозу его жизнь. Наибольшему риску, конечно, подвергаются дети, особенно в течение первого года жизни. Последствия несвоевременно оказанной помощи ребенку могут иметь необратимый характер. При этом предположить и оценить риск для здоровья человека, связанный с ожиданием им консультации врача-специалиста или диагностического исследования, может только профессионал, т.е. врач. Таким образом, вызывает сомнение правомерность законодательного закрепления самой возможности получения медицинской организацией письменного согласия гражданина на получение медицинской помощи с нарушением установленных сроков ожидания. Поскольку сроки являются предельными, постольку письменное согласие, в данном случае, возможно квалифицировать как отказ от своего права на получение своевременной медицинской помощи. Однако, отказ от права недопустим, независимо от того, добровольный это отказ или вынужденный.

Комитету по здравоохранению Санкт-Петербурга следует обратить внимание на то, что в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» критериями доступности и качества медицинской помощи являются, в том числе, наличие необходимого количества медицинских работников и надлежащий уровень их квалификации, применение порядков оказания медицинской помощи и ее стандартов, предоставление медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи. Неудовлетворенность амбулаторно-поликлинической помощью в городских поликлиниках и больницах, нарушение предельных сроков ожидания плановых консультаций врачей-специалистов и диагностических исследований вынуждает граждан обращаться за медицинской помощью на платной основе. При этом медицинскими учреждениями не соблюдаются Правила предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями в части информирования граждан о порядке получения медицинских услуг на бесплатной основе.

Доступность медицинской помощи – проблема, которая не может быть решена исключительно юридическими средствами. Вероятно, обеспечить право гражданина на доступность и своевременность медицинской помощи можно, прежде всего, экономическими методами. Однако, проведенный мониторинг правоприменения, выявил и юридический срез данной проблемы. По мнению прокуроров, причины нарушений коренятся в незнании или недостаточном знании требований действующего законодательства работниками медицинских организаций, особенно главных врачей, в несовершенстве должностных инструкций, которые готовятся самими медицинскими организациями.

Таким образом, преодоление проблемы доступности медицинской помощи населению предполагает усиление контроля за деятельностью работников медицинских организаций со стороны главных врачей медицинских организацией, повышение юридической грамотности должностных лиц в сфере здравоохранения, внесение изменений и дополнений в должностные инструкции должностных лиц медицинских организаций.

 

Руководитель экспертной группы,                                  Белов С.А.

к.ю.н., доцент



[1] Решение Карабулакского районного суда республики Ингушетия от 12.05.2011 по делу №2-224/2011 (Здесь и далее ссылки на тексты судебных решений, собранные в сети Интернет на официальных сайтах судов портала ГАС «Правосудие» http://www.sudrf.ru)

[2] Решение от 11.02.2011 по делу №2-3073/10

[3] Решение Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 5.04.2012 по делу №2-154/12

[4] Решение Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 25 мая 2011 года по делу №2-630/2011

[5] Решение Давлекановского районного суда Республики Башкортостан от 28 июля 2011 года по делу № не определен.

[6] Решение Вилючинского городского суда Камчатского края от 3.08.2011 №2-653/2011

[7] Решение Псковского городского суда от <данные изъяты> № 2-1838/2011 или решение Арбитражного суда Псковского области от 17 октября 2012 г., дело № А52- 3355/2012

[8] Решение Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 28.09.2011 по делу №2-544/11

[9] Решение Ельнинского районного суда Смоленской области от 18.04.2011 по делу 2-4/2011

[10] указанное выше решение Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 28.09.2011 и решение Октябрьского районного суда г. Иваново от 21.09.2010 по делу № 2-1246/10

[11] решение Псковского городского суда от 22.03.2011 по делу №2-1130/2011, решение Чегемского районного суда Кабардино-Балкарской республики от 5.10.2010 (без номера), решение Пряжинского районного суда республики Карелия от 16.11.2010 по делу №2-449, решение Октябрьского районного суда г. Барнаула от 27.01.2011 по делу №2-305/11, решение Кумертауского городского суда республики Башкортостан от 11.03.2011 по делу № 2-158/2011 (отменено Верховным Судом республики Башкортостан) и решение Пошехонского районного суда Ярославской области от 4.12.2011 по делу №2-228/2011

[12] Вестник Конституционного Суда РФ. 2005. №3.

[13] Решение от 25.07.2011 по делу №2-2390/2011

[14] Решение Северобайкальского районного суда республики Бурятия от 6.06.2012

[15] Решение Центрального районного суда Тюменской области от 21.04.2011 по делу №2-1736/2011

[16] решение Шурышкарского районного суда Ямало-ненецкого автономного округа от 19.04.2011 по делу № 2-70/2011, решение Псковского городского суда от 18.04.2012 по делу 2-1610/2012

[17] решение Арбитражного суда Московской области от 31.10.2011 по делу №А41-40566/09

[18] Решения от 9.08.2010 по делу №2-192/10, от 18.07.2011 по делу 2-144/2011, от 2.05.2012 по делу № 2-122/2012.

[19] См.,напр., решение Астраханского областного суда от 18.01.2011 по делу №3-3/11

[20] Решение Алексинского городского суда Тульской области от 11.03.2012 по делу №2-253/12

[21] Решение Арбитражного суда Архангельской области от 26.07.2011 по делу № А05-4480/2011

[22] Решением Красноярского краевого суда от 16.05.2011 по делу №33-4340/2011 было отказано в удовлетворении требования прокурора обязать органы местного самоуправления обеспечить общедоступность бесплатного школьного образования – при том, что в ряде других решений суды аналогичные требования удовлетворяли: см. Решение Белозерского районного суда Вологодской области от 20.09.2011 по делу №2-435/2011 и Решение Новоузенского районного суда Саратовской области от 18.04.2012.

[23] Решение Суздальского районного суда Владимирской области от 21.03.2011 по делу №2-161/2011

[24] Решение Камчатского краевого суда от 15.12.2011 по делу №33-1554/2011